20:20 

Не забывайте про сквибов. Глава 4

Глава 4. Первый курс без Поттера.

Дамблдор был в шоке, в полном и безоговорочном. Все летело в тартары, но поменять при этом план от начала до конца уже не представлялось возможным. Пришлось действовать быстро и без промедления. Во-первых, поменять Героя, то есть сделать таковым Невилла Лонгботтома. Для этого пришлось поругаться, и не раз, с Августой Лонгботтом, сварливой, но жесткой дамой, с которой следовало считаться, если не хочешь заиметь ее в свои враги. Но у каждого есть свое слабое место. Если у Уизли это были деньги, и их можно было просто-напросто купить, то у Августы это были амбиции. Пришлось разрисовать кучу перспектив, которые будут у ее внука, если она согласиться отдать его в руки директора для лепки из него Мессии Света. Будущая слава, расписанная Дамблдором, сделала свое дело, и к середине августа «старуха» сдалась. И Невилл поступил в обработку.
Первым делом Дамблдор заявился к Уизли, где следовало быстро провести рекогносцировку и перенаправить младших детей на дружбу совсем с другим мальчиком. Он не говорил о том, что Поттер пропал, а, скорее всего, вообще мертв. Не считал нужным.
- Молли, да, выяснилась вот такая ошибка, - вдалбливал он покаянным тоном почтенной матроне необходимость обратить внимание на Невилла.
- Не беспокойтесь, Альбус, - директор чуть поморщился, но делать было нечего, сам разрешил всем членам Ордена первого созыва называть себя по имени, мол, все на равных. Это, конечно, на словах, но остальным-то об этом знать не обязательно. – Все будет так, как надо. Но, а как же Поттер? – все-таки не удержалась она.
- Ничего, посмотрим, пусть мальчик учиться, это ведь никому не мешает, - улыбнулся директор. Молли покивала головой. Дамблдор теперь был уверен, что эта женщина быстро переориентирует своих младшеньких на нового героя. Сам-то он, конечно, понимал, что все так легко не будет. Его «соратники» поверят во все, что он скажет, но надо же еще и мир уговорить в этом, а народ хорошо помнит, благодаря кому исчез Тот – кого – нельзя - называть.
«И как так случилось? Эх, надо было все-таки хоть изредка связываться с Арабеллой. Даже о ее смерти не узнал, не то, что случилось с Дурслями и Поттером. И как же это я так?» - корил себя Дамблдор, уже сидя в своем кабинете. Свой план на первый курс Поттера в Хогвартсе уже был задействован, только вот играть по его правилам будет совсем другой ребенок теперь.
Дамблдор всеми фибрами души чувствовал, что Волдеморт даст о себе знать именно в этом году, он даже предполагал, что тот каким-то образом связан с новым профессором ЗОТИ – Квиреллом. Несколько нервировало его и отношение Снейпа ко всему происходящему. Он так старательно культивировал в своем зельеваре ненависть к Поттеру, что теперь не знал, что и делать. «Что ж, придется начинать сначала», - решил он. Если с Гарри сложностей не было, то вот против Лонгботтомов Снейп ничего не имел а, значит, нужно было каким-то образом скультивировать проблему.
Директор подошел к камину.
- Комнаты Северуса, - произнес он, бросив в огонь дымолетного порошка. – Северус?!
- Да, Альбус, - тут же отозвался зельевар. Он сидел в кресле за столом и что-то писал на пергаменте.
- Ты занят? Пишешь конспекты уроков? – поинтересовался директор.
- Нет, письмо, - ответил Северус, накладывая на пергамент специальные чары, которые не позволят никому, кроме посвященных прочесть написанное. Дамблдор недовольно скривился, затем вошел в гостиную и удобно устроился в мягком кресле. Снейп расположился напротив него. – Чем, обязан, Альбус?
- Северус, я решил, что нам нужно поговорить до того, как первоклассники прибудут в школу, - начал немного издалека Дамблдор. Мог бы этого не делать, Северус все равно не ждал от него ничего хорошего для себя, по крайней мере.
- Вы все еще надеетесь, что Поттер завтра приедет? – уточнил Снейп.
- Это было бы просто счастье, - улыбнулся директор. – Но, к сожалению, для этого очень мало предпосылок. Мы все узнаем завтра. Но я хотел поговорить с тобой о другом.
- Я слушаю, - кивнул Снейп, уже примерно представляя, о чем пойдет речь.
- Ты должен понимать, мальчик мой, - начал Дамблдор свою проникновенную речь. – Невилла нужно готовить к его миссии. У него должны быть как друзья, так и враги…
Снейп сидел и смотрел на директора, удивляясь про себя тому, что делает этот человек. Он сейчас почти прямым текстом говорил, как видит будущее Героя Светлой стороны, что тот должен будет делать в этом году и как действовать, и во всем этом ему, Северусу, отводилась роль первого в школе врага мальчика-мессии. Становилось тошно, но в то же время он был согласен с Люциусом, нельзя показывать своего истинного отношения к директору. Чревато неприятными последствиями. Сейчас Северус нисколько не жалел, что рассказал своему любовнику всю правду о своей службе двум господам сразу. Конечно, даром ему это не обошлось и Люциус орал на него долго и проникновенно, правда, на их отношениях это никак не отразилось. Замаливать свои промахи Северусу пришлось очень приятным способом.
- Ты должен понимать, Северус, - закончил свою длинную речь Дамблдор, которую Снейп с успехом пропустил мимо ушей, благо строить хорошую мину при плохой погоде он был мастак.
- Я все понял, - кивнул Снейп с умным видом, сам про себя думая, с чем же конкретно он согласился сейчас.
- Тогда я на тебя надеюсь, - улыбнулся Дамблдор. – Невилл должен тебя считать своим врагом. Ты должен быть к нему предвзятым и несправедливым. Спасибо, Северус, - после чего директор исчез в камине, направившись к себе в кабинет. «Мордред и Моргана», - поежился Снейп. – «Идиотизм какой-то». Желание писать письмо Джею пропало, не хотелось вывалить на мальчика проблемы. Хотя они и виделись вчера, он все же решил ему написать, тем более они обговорили не все аспекты своего эксперимента. Взяв пергамент, Северус через камин прошел в Малфой - мэнор.
- Север, - улыбнулась Нарцисса, подходя к нему и целуя в обе щеки. – Рада тебя увидеть, думала, уже не застану.
- Нарси, не ожидал твоего присутствия, - улыбнулся в ответ Северус. Он еще два года назад обратил внимание, что развод Нарциссе, пошел только на пользу, как впрочем и всей семье.
- Решила приехать, чтобы проводить Драко в школу. Сам ведь понимаешь, что мое отсутствие на платформе могут превратно понять, - усмехнулась она. – То, что многие знают о любовной связи между тобой и Люцом, еще не говорит, что они в курсе нашего развода. Кстати, ты знаешь, что кроме всего прочего, народ считает тебя и моим любовником? – усмехнулась Нарцисса.
- О, даже так? – усмехнулся вошедший в гостиную Люциус. Северус обычно перемещался по камину в эту комнату, а не через большой камин в холле, как это делают гости.
- Люди слепы, дорогой, ты же знаешь, - рассмеялась Нарцисса.
- Ты уже виделась с Драко? – поинтересовался Люциус.
- Он мне уши прожужжал про мальчика по имени Вэл из какой-то легендарной школы, - усмехнулась нарцисса.
- Рейарен, - в один голос сказали мужчины. Нарцисса сразу стала серьезной и пристально посмотрела на них. Через час она все-таки расколола мужчин и пришла в восторг от их переписки, даже потребовала дать ей почитать что-нибудь.
- Хмм, слишком взрослое мышление для семилетнего ребенка, - откладывая очередной пергамент, задумчиво произнесла Нарцисса.
- Это гениальный ребенок, и насколько я могу судить, он такой в единственно экземпляре, - произнес Люциус. – Его брат более ребенок, это даже Драко заметил. Джею легче общаться со взрослыми.
- Невероятно, и вы столько времени скрывали от меня такой факт. Пять лет, - воскликнула она. – Я вам этого не прощу, господа, - тут же делано возмутилась она. – Ладно, Север, делись своими проблемами, я же вижу, что у тебя там что-то накипело.
Возможно, еще пару лет назад Северус не стал бы вводить ее в курс дела, но Нарцисса оказалась хорошим другом, причем не только ему, но и Люциусу. Как только брак приказал долго жить, в этой женщине проявилось все то, что сделало ее прекрасным слушателем и советчиком. Правда, Люциус обнаружил это всего три года назад, да и Северус тоже. Сейчас Нарцисса проживала в Италии у своего любовника, который намерен был ее сделать примерной женщиной, то есть жениться. У графа Лоренцо Метричи была маленькая дочь, которая души не чаяла в своей «мачехе» и называла ее только мамой. Сама же Нарцисса переживала о сыне, не находя покоя. Два года назад Лоренцо насильно отправил ее в Малфой - мэнор. С тех пор все наладилось.
Северус выложил им весь свой сегодняшний разговор с Дамблдором, вернее то, что услышал и свои выводы. Все вместе они решили, что сейчас выступать против директора им не под силу, да и опасно, тем более тому очень не нравились отношения между Люциусом и Северусом, хотя и не предпринимал никаких действий, но вот надолго ли была такая идиллия. Сейчас, когда стало ясно, что Дамблдор ожидает возвращения Темного лорда, многое может измениться, и не в лучшую сторону.
Следующий день, первое сентября 1991 года, как всегда было суматошным. Но многие ожидали в этот день возвращения Мальчика – который - выжил. Северус же был уверен, что тот не появиться, не мог объяснить причины такого ощущения, он просто знал. Наконец, ученики прибыли. Большой зал постепенно заполнялся гвалтом детских голосов. Отовсюду слышались рассказы о проведенном лете, кто куда ездил, чем занимался, с кем познакомился. Северус сидел за столом со своим обычным выражением на лице, то есть мрачный и неприступный.
Двери Большого зала раскрылись и Минерва МакГонагалл ввела толпу первокурсников. Северус сразу же выхватил из толпы платиноволосую головку Драко. Он с трудом удержал себя, чтобы не рассмеяться. Мальчишка сейчас был маленькой копией официального Люциуса, этакий высокомерный и надменный аристократ в миниатюре. Недалеко от него щебетала без умолку девочка с вороньим гнездом на голове. У Снейпа даже мелькнула мысль в голове, что для такой шевелюры обычное средство для распрямления не подойдет. Северус скользил глазами по разношерстной толпе. «Очередной Уизли», - выхватил он из толпы рыжую макушку. – «Без сомнения, в Гриффиндор. Так, а это что за чудо? Лонгботтом? Мда, хорош герой, лучше бы прибыл Поттер», - Северус рассматривал полноватого растерянного мальчишку, который взял от своих родителей от каждого по чуть-чуть.
«Ладно, посмотрим, каков ты на деле», - решил Северус, переключаясь на само распределение.
- Лонгботтом Невилл, - вызвала МакГонагалл. «Вовремя вернулся», - усмехнулся Северус, наблюдая за мальчиком. Вид у него был ну, очень сосредоточенный.
- Гриффиндор, - пролетело над залом, спустя, довольно много времени. Обычно шляпа решает намного быстрее. «Мда, Хаффлпафф подошел бы больше», - скривился Северус, чуть заметно покачав головой. Ему стало жаль парня, которому предстояло теперь совершать подвиги во имя Альбуса Дамблдора и утверждать свои права на звание Героя.
- Малфой Драко, - прозвучало в зале. И через секунду, шляпа еще не успела опуститься на белобрысую головку.
- Слизерин, - Северусу показалось, что в голосе шляпы были слегка истерические нотки. «Ага, куда же ему еще, с таким-то характером», - хмыкнул он про себя.
- Поттер… Гарри…, - с каким-то замешательством произнесла Минерва, глядя в список. По идее, если бы Поттер был мертв, то он бы автоматически выбыл из списка, магия сама бы его вычеркнула, но он там был а, значит, все еще был жив. Снейп искоса посмотрел на директора. Дамблдор ничем, почти ничем не выдал своего удивления или беспокойства. Студенты шушукались, но к табурету так никто и не подошел. Заминка длилась слишком долго, чтобы не оказаться незамеченной, а уж тем более не вызвать вопросов у старшекурсников. «Что ж, уже сегодня общественность будет в курсе», - подумал Снейп.
Следующие недели были полны событиями, и все они были связаны с Гарри Поттером. Дамблдор пропадал в Министерстве. Наружу вышло то, что именно он является магическим опекуном а, значит, должен знать, где был мальчик. Многие, конечно, проглотили историю о кровной защите, наложенной Лили Поттер, многие, но все. В числе тех, кто не поверил, был и Северус. Как-то неправдоподобно все это было. В Аврорате была создана группа, которая должна была заниматься поисками Мальчика – который - выжил. Газеты на перебой писали, предлагали различные варианты, но зачастую настолько фантастические, что даже бывалые маги приходили в оторопь от подобных идей. Магия магией, но есть же пределы всему.
Внешний мир был занят перемалыванием косточек, а в Хогвартсе события развивались своим чередом. По настоянию Дамблдора Северус с первого же урока начал доставать Невилла. Впрочем, это было нетрудно, поскольку мальчик в его предмете был не то что профаном, а полной бездарностью. За ним и так сложилась определенная слава в школе, так что одним больше, одним меньше, но почти все заметили его предвзятое, как считали гриффиндорцы, отношение к Лонгботтому.
На фоне всего этого отдушиной для Северуса были отношения с Люциусом, который теперь почти ежевечерне приходил через камин к нему. Пока Дамблдор ничего не говорил, но он был занят, давая объяснения в министерстве и помогая в поисках Гарри Поттера. Только вот результатов не было. А еще помогали письма. Выяснилось, что Драко во всех подробностях рассказал Вэлу о распределении, и естественно выдал историю Мальчика – который – выжил. И Люциус, и Северус обратили внимание на то, насколько было корректно и выдержано было написано последнее письмо Джея. Тот завуалировано и как-то несколько странно интересовался Гарри Поттером. Северус не мог объяснить, что именно в этом письме его насторожило. Уж слишком осторожен был в вопросах мальчик.
Конечно же, ответы Джею были даны, и даже очень подробные, как с течением времени понял Северус. Как-то незаметно даже для себя самого Северус рассказал свою версию истории, которая дополнялась комментариями Люциуса. Так уж получилось, что школьные приключения гриффиндорцев описывал ребятам Драко, в то время как Люциус и Северус вели более серьезные дискуссии с Джеем.
Драко во всех подробностях и с ехидными замечаниями от себя лично посвящал Вэла и Джея в подробности Хогвартской жизни: он писал о Лонгботтоме и Уизли, а невероятной заучке Грейнджер и о приключениях все троицы, коей они стали после событий в Хеллоуин и спасения последней от тролля. Правда, если бы не Снейп, а вместе с ним и МакГонагалл, то все трое уже были бы мертвы. Гриффиндор лишился тогда ста пятидесяти баллов. По мнению Драко, гриффиндорская троица выглядела нелепо, и какой-то искусственной.
Самое интересное, что Драко переживал все приключения гриффиндорцев наравне с ними, только в более безопасном варианте и с помощью двух своих друзей из Рейарена. Они первыми вычислили, что именно находится в запретном коридоре, кто такой Николас Фламель и как до этого самого камня добраться. Переписка Драко с каждым днем становилось все насыщенной, но и переписка Джея с Северусом была не менее бурной. Так уж получилось, что с одном стороны Джей с помощью Вэла помогал Драко, а с другой стороны вместе с Северусом бился над решением проблемы, которую так полностью и не озвучил своему другу - зельевару. Северус чувствовал подвох, варя зелья и используя те идеи, которые выдвигал Джей. Ему казалось, что мальчик не открыл перед ним всей подоплеки своих экспериментов, тем более они почти всегда имели какое-то отношение к слабо мощным магам или же к магическим существам. Северус не раз возвращался к тем экспериментам, которые они проводили на расстоянии друг от друга, перечитывал свои записи и все больше уверялся, что Джей ищет какое-то решение, но вот какое и зачем? На ум приходили сквибы – самое слабое звено магического мира, но понять причину такого интереса мальчика он не мог.
Драко же по наущению своих друзей по переписке обратил пристальное внимание на Квиррела. Чем больше он общался с Джеем и Вэлом, тем сильнее менялся под их влиянием. Это заметили и Северус с Люциусом. Надо заметить, что Драко это шло только на пользу. Он стал более вдумчивым и частенько все заранее обдумывал, прежде чем ринуться в бой, вернее, он выстраивал такие логические цепочки за и против, что многие диву давались. Более того, он мог так ответить, что даже профессора в ступор впадали. Однажды Северус понял, откуда у Драко некоторые знания. Вэл и Джей переслали ему конспекты по тем предметам, которые были у них. Оказалось, что те знания, которые в Хогвартсе давались по УЗМС и травологии только на третьем курсе, в Рейарене изучали семилетки. И Драко без зазрения совести пользовался конспектами друзей, блистая на уроках.
На Рождество Северус, Люциус и Драко получили свои подарки. Для Драко пришла великолепная коллекция книг по истории магии. Таких, не было даже в библиотеке Хогвартса. Там была не только история Англии, но и каждого более менее значимого общества – Европы, России, Азии и Востока, Америки. Отдельными приложениями были собраны истории определенных сообществ – нагов, вампиров и многое другое. Драко только что не пищал от радости. Вообще, он на все каникулы углубился в свою личную сокровищницу.
Северус окопался в лаборатории, исследуя присланные в подарок ингредиенты, многие из которых в европейском мире не использовались, поскольку достать их можно было только в закрытых обществах, например, Индии, Японии или Кореи. Естественно, к ним прилагался справочник и книга рецептов. Люциус только покачал головой, глядя на своих самых любимых людей, окопавшихся в полученных подарках. Но только до тех пор, пока не обнаружил свой. Люциус с передаваемым восхищением перебирал трости, чехлы и ремни. В коробке оказалось пять наборов, на любой вкус, но они все вызвали трепет у такого эстета как лорд Малфой. Ни у кого не возникло сомнений, что Джей и Вэл действительно хотели доставить им радость.
Вернувшись в школу, Северус узнал о том, что Невилл обнаружил зеркало Еиналеж. У него в последнее время возникла мысль, что Дамблдор слегка, а может и не совсем слегка, но явно тронулся умом. Как и Драко он обратил внимание на своего коллегу. Все-таки Квирелл был довольно странной личностью. Бесило его еще и то, как покровительственно директор относился к гриффиндорской троице, созданной его собственными руками, надо сказать. Этим троим прощалось все…
Северус случайно узнал, что мантия - невидимка Джеймса Поттера была подарена Лонгботтому в качестве рождественского подарка. Цинизм ситуации потряс его до глубины души. Он никогда не думал, что может настолько сильно ненавидеть кого-то. Он прекрасно сознавал, что Дамблдор преследует свои цели, но никогда не думал, что самый светлый маг столетия может идти по головам, отбросив все нормы морали. Честно говоря, у него появилась мысль забрать мантию, но Люциус отговорил, прося подождать. Не заметно для директора Северус Снейп стал от него отдаляться, медленно, но верно.
Конец года ознаменовался несколькими событиями. Во-первых, на весь магический мир было объявлено, что Гарри Поттер потерян безвозвратно. Неизвестно, каким способом, когда и как, но Министерство признало мальчика – который - выжил чуть больше десяти лет назад мертвым. Подробности расследования были запечатлены во всех газетах, особенно отличилась в своей статье Рита Скитер. Люциус на все это только хмыкнул. У него были все основания полагать, что, когда горел приют, Поттера там не было. За несколько часов до пожара из приюта забрали двух мальчиков. Это было известно точно, но вот кто и куда, увы нет, документы погибли, а провести регистрацию в муниципалитете не успели, должны были все сделать утром.
Во-вторых, небезызвестная троица с Гриффиндора ринулась на спасение философского камня, никого не поставив в известность. Как выразился Драко в письме Вэлу, мало им было приключений на свою пятую точку. Камень, конечно, спасли, но только благодаря вмешательству Дамблдора, примчавшегося на помощь. Квирелл скончался на месте от случайно брошенного Невиллом в перепуге огненного заклинания. Что стало с камнем, никто не знал. Директор же объявил Невиллу, что камень уничтожен, только вот Драко, опять же в своем отчете о последних событиях для Вэла предположил, что это совсем не так.
И, в-третьих, небольшая группа аристократов приняла факт, что в скором времени вернется Темный лорд. События в Хогвартсе говорили именно об этом, а также о том, что Дамблдор в курсе происходящего, если вообще не стоит за всем этим. На данный момент времени они пока еще не поняли, как к этому относится. Люциус и Северус старались эту тему обходить стороной.

@темы: Не забывайте про сквибов

URL
   

Дневник Lorelen

главная